«Украинский след» - это навсегда?

27 апреля 2017 года состоялась встреча прокурора города Севастополя с общественными организациями и объединениями граждан.

Я по наивности своей, как и предписано было на официальном сайте городской прокуратуры, заранее подал «Заявку» и вопросы, на которые хотел бы услышать долгожданные ответы от прокуратуры.

А вопросы простые:

«Игорь Сергеевич! Когда наконец-таки начнётся расследование кражи уникальных произведений искусства и другого имущества из мастерской председателя Творческого Союза профессиональных художников Чижова Виктора в доме 21 по ул. Репина в г. Севастополе?

За время Вашего руководства материал уголовного дела №915 055 (КУСП Гагаринского ОМВД № 3545) сократился до трёх томов, от четвёртого тома осталось только 87 листов. Куда дели документы из дела? Ещё при Украине было 4 тома уголовного дела №915 055. Где материалы 2012 года? 2013 года?

Почему л.д.6-13 тома 3 залиты водой? Был Всемирный потоп?

Когда начнётся надлежащий надзор прокуратуры за данным нарушение ФКЗ-6 от 21.03.2014 года?

Власть гарантировала соблюдение Конституции России.

Никто не отменял Постановления о возбуждении уголовного дела от 04.11.2011 года на русском языке севастопольской прокуратуры. 

Требуется перевод с русского текста Постановления прокуратуры от 04.11.2011 года на русский язык полиции?

Как Вы квалифицируете данное бездействие прокуратуры на протяжении трёх лет?

Председатель Творческого Союза  Виктор Чижов»

Но рецепшен… (Слово такое новомодное, и обозначает оно человека, который встречает тебя).
И вот этим человеком оказалась некто Рафаиловна (мне не представилась и мне вовсе не знакомая), которая сказала: «Вам нельзя на встречу с прокурором, потому что Вас исключили из Союза Художников Украины!»

Шок мой длился  долго, но всё же я просочился в актовый зал прокуратуры в назначенные 15 часов.
Однако рецепшен вновь с трибуны огласила весь список жаждущих, чтоб их услышал прокурор, вновь исключив меня из списка. 

Я помню о том, что мы уже отпраздновали свой маленький юбилей в России 23 февраля и позже, но чтобы работник российской прокуратуры не пускал меня в присутственное место из-за исключения из украинской общественной организации «Национального Союза художников Украины» – это уже явно перебор!

Я знаю  и  помню, как исключение из общественной организации раньше, например, КПСС, было равносильно расстрелу. Поражение во всех правах – хоть в петлю лезь! Из Севастополя выживали неугодных – это ещё я помню! Исключение из Союза Художников приравнивалось к исключению из партии. Культура – это идеологический фронт в первую очередь! Стукачей было у нас трое, один ещё живой до сих пор.

Представьте себе, как арендную ставку поднимают в 15 раз! «Мурашки по телу»...

А твой недавний украинский коллега  бежит сразу же к Саратову В., председателю Горсовета и доносит: «А Чижова–то, исключили из Нацсоюза!  Плату за аренду поднимите ему!»

Другой  – Иван Грищенко письма строчит в комиссию по аренде: «Чижов исключён! Знаете? Льготы снимите»! Не художник, мол, уже!

Это сейчас  они – «новорусские», вернее – «южнорусские». А тогда и земельку севастопольскую отписали Украине, и комфортабельные два корпуса на улице Репина, построенные руками севастопольских моряков, отстегнули Киеву, и денежки общественные куда-то подевали...

А тут и в России уже работник прокуратуры не пускает…

Правда, в конце концов, заявление моё приняли. 

Статья была недавно  аналогичная – «Русские русских - сдают!»
(Хотя почему – аналогичная? Ну, грабанули меня  средь бела дня у всех художников на виду! Ну, украли у меня три грузовика имущества – «дышать легче стало!» 

По секрету скажу, хотел я, как Мао Дзэ Дун, по старости обустроить окружение мраморными телами…

Для того и лепил скульптуры в человеческий рост, «в натуру», как говорится…. Да что уж там... Где теперь они, скульптуры? – Далече!).

Хотя горжусь я тем, что исключили меня из украинского Союза! (По известным вам  всем причинам!).
И друзья – Художники (с большой буквы) восхищаются сим фактом моей  биографии. А суд признал это исключение не действительным. И ещё одну гривну взыскал за моральный ущерб. (Это где-то 20 копеек российскими деньгами. Кто не жил в Украине – для сравнения).
 И Шипилин Игорь уплатил её, эту одну гривну в погашение мне причинённого морального вреда за распространение сказок  про моё исключение!

Ан – отложилось! Видимо работник сей российской прокуратуры (рецепшен) начиталась в 2009 году «Славы Севастополя» про «исключение», и эта память ей, как манна небесная. 
В детстве, особенно украинском, всё, вероятно, хорошо запоминается.

(Откуда мне знать? У меня–то, детство было российское, советское).

Виктор Чижов